и только снится ему, что идёт он во тьму и походка его легка
Плохеют девки к выпускному.
Из всех тех исторгнутых сегодня из общеобразовательных учреждений девиц, что повстречались на нашем пути, зацепиться взглядом было совершенно не за кого.
Все они выглядели в худших традициях девушек американских колледжей и выпускных классов или, что может быть, ближе к образу тех, кого можно найти по тегу «школьница»
на ресурсах соответствующего содержания или, ранее, на любом прилавке городского рынка, да.
Странно, что их было сегодня не очень-то и много: основная масса — несколько кучек от трёх до десяти-пятнадцати человек (считать обоего полу) — от почтамта до университета.
Может из-за того, что, перевалив за полдень, солнце решило поубавить свой пыл и дать волю затянувшейся весне, а может сказалось наше запоздалое появление в местах массового
скопления людей. Так или иначе, Набережная была практически пуста и лишь уродливый памятник Чехову стоял и мёрз, обдуваемый холодным и влажным ветром.
Было, конечно, ещё одно предположение: решив, что купаться в фонтане уже не модно, они побросались дружно классом в реку, и их хладные трупы унесло вниз по течению.
Мне грустно сегодня.
Через несколько дней уезжает Учитель к себе в родные места. В конце июня уезжает мой давний друг и компаньон в Татарию на пмж. Да ещё и один прекраснейший собеседник,
с которым столько приятных разговоров было, собирается свалить из страны. Кроме тех, кто имеет со мной прямое кровное родство, здесь совершенно не с кем будет поговорить.
Снова одинокие прогулки в нетронутых местах (о которых, слава Богу, никто кроме меня не знает), размышления, которые не разрешают проблем,
а только перегоняют (жаль не воду в вино) из пустого в порожнее, и бесплодные попытки вырваться из замкнутого круга, который этим летом
мне покинуть не удастся.
А ещё грусти добавила седьмая серия Игры Престолов. Последние сцены и музыка из «The Rains of Castamere», которую я слушаю по кругу весь вечер, вспоминая связанные с ней моменты двух(?)летней давности.
Из всех тех исторгнутых сегодня из общеобразовательных учреждений девиц, что повстречались на нашем пути, зацепиться взглядом было совершенно не за кого.
Все они выглядели в худших традициях девушек американских колледжей и выпускных классов или, что может быть, ближе к образу тех, кого можно найти по тегу «школьница»
на ресурсах соответствующего содержания или, ранее, на любом прилавке городского рынка, да.
Странно, что их было сегодня не очень-то и много: основная масса — несколько кучек от трёх до десяти-пятнадцати человек (считать обоего полу) — от почтамта до университета.
Может из-за того, что, перевалив за полдень, солнце решило поубавить свой пыл и дать волю затянувшейся весне, а может сказалось наше запоздалое появление в местах массового
скопления людей. Так или иначе, Набережная была практически пуста и лишь уродливый памятник Чехову стоял и мёрз, обдуваемый холодным и влажным ветром.
Было, конечно, ещё одно предположение: решив, что купаться в фонтане уже не модно, они побросались дружно классом в реку, и их хладные трупы унесло вниз по течению.
Мне грустно сегодня.
Через несколько дней уезжает Учитель к себе в родные места. В конце июня уезжает мой давний друг и компаньон в Татарию на пмж. Да ещё и один прекраснейший собеседник,
с которым столько приятных разговоров было, собирается свалить из страны. Кроме тех, кто имеет со мной прямое кровное родство, здесь совершенно не с кем будет поговорить.
Снова одинокие прогулки в нетронутых местах (о которых, слава Богу, никто кроме меня не знает), размышления, которые не разрешают проблем,
а только перегоняют (жаль не воду в вино) из пустого в порожнее, и бесплодные попытки вырваться из замкнутого круга, который этим летом
мне покинуть не удастся.
А ещё грусти добавила седьмая серия Игры Престолов. Последние сцены и музыка из «The Rains of Castamere», которую я слушаю по кругу весь вечер, вспоминая связанные с ней моменты двух(?)летней давности.