Всё, за что бы я ни брался в последнюю неделю — Бунин, Пушкин, Шишкин — буквально пронизано темой смерти.
Последнего забросил на середине, Александра Сергеевича в самом начале, Ивана Алексеевича ещё пока читаю.
(Хотя статья Твардовского «О Бунине», написанная для собрания сочинений в 9ти томах, помещённая в первом томе моего гекзакнижного издания,
начинается словами «Русский писатель Иван Алексеевич Бунин, умерший в Париже в 1953 году...»)
К чему такое навязчивое напоминание о скоротечности человеческой жизни?
Зачем оно мне? Я ли не замечаю тех малых изменений в мире, чтобы сигнальными огнями мне огораживали
взлётную полосу?